ФЭНДОМ


Datapad.jpg
Вы читаете самую полную библиотеку мировой литературы.
Другие страницы…

На правах рекламы: эта страница содержит 0 % текстов Викитеки.

Давным-давно,
в далёкой-далёкой галактике....

Voznya.jpg

ЗВЁЗДНОЕ БЕЗУМИЕ

Джедай Экспрус Торр, работающий на военной базе на Дальних Рубежах, в очередной раз связывается по голосвязи с Храмом джедаев. Магистр Зел сообщает ему весьма неприятные новости…

— Исследование своё «Самоконтроля развитие с помощью Силы у существ к Силе малочувствительных» закончил ты уже. Слухи дошли до нас, что над объектом исследования предыдущего начал принципиально иное исследование ты, неофициальное. В связи с этим Джедаев Совет постановил в клинику психиатрическую поместить тебя.

— Магистр Зел, неужели Вы начитались трудов древних философов о том, что любовь — это болезнь души, и хотите отправить меня на лечение?

— Основная цель пребывания твоего там — не лечение, а выполнение миссии секретной. В клинике той ситх затаился. Вычислить его тебе поручено. Стимул дополнительный ситха коварного разоблачить как можно скорей есть у тебя: чем раньше найдёшь его ты, тем скорей к исследованию своему неофициальному вернуться сможешь. Перехватили мы обрывок важный разговора Дарта Сидруса с ситхом другим, не опознанным пока. Ретранслирую.

Перед Экспрусом предстали две сильно искажённые, периодически мигающие голограммы. Однако звук был более-менее разборчивым. Эти существа болтали о какой-то ерунде:

… Тут я совершенно с тобой согласен: брюнетки — самое то, они как будто порождения самой Тёмной стороны! А по остальным признакам как?

Я полненьких люблю.

Не, не мой формат. Я предпочитаю спортивных баб.

Экспрус возмутился:

— Зачем Вы отвлекаете меня на просмотр их частной беседы с обсуждением женщин? Вы полагаете, мне совсем нечем заняться?!

Магистр Зел спокойно ответил:

— Терпение имей, джедай юный. Сейчас к делу плавно перейдут они.

Мигающие и искривлённые голограммы ситхов продолжали свою болтовню:

Только не надо о спортивных! Они мне напоминают мужиков.

Как-то многовато ты думаешь о мужиках… А на втором месте у меня худые.

Ещё хуже! Они такие угловатые…

Holocron.jpg

ситхский голокрон

Кстати, об угловатости! Как там дела с открытием того древнего голокрона, который мы в прошлом году нашли на Коррибане?

Да открыли мы его с моим учеником, уже давно, и всё посмотрели. Там выдвигается странная гипотеза, что поле, создаваемое большим количеством безумных существ, благотворно влияет на энергетику Тёмной стороны. Для проверки этого предположения я отправил своего ученика в клинику «Звёздное безумие». Он притворяется там больным и имеет возможность находиться среди множества безумцев. Если гипотеза подтвердится, мы похитим всех пациентов клиники или сведём с ума сопоставимое число живых существ, и будет у нас мощнейший генератор тёмной энергии. Тебя мы, конечно, тоже в долю возьмём, мы ж вместе отыскали тот голокрон!

Вот как?! А давно он там?

Он там с…

И тут голограммы ярко вспыхнули и пропали. Видимо, на этом перехваченный отрывок закончился.

— И это всё, что известно о существе, которое мне требуется найти? — Уточнил Экспрус.

Магистр Зел кивнул.

— Скажите честно, Магистр, я у Вас вызываю личную неприязнь? Иначе как объяснить эту дурную закономерность с совершенно идиотскими заданиями по поиску ситхов, которые Вы мне даёте? Раньше это был странный субъект с дурацкой татуировкой на заднице, а теперь — существо неизвестной расы, затаившееся в огромной психушке, и причём даже не известна дата его поступления туда… Вы бы хоть сузили круг подозреваемых, что ли… Взяли бы анализ крови на мидихлорианы у всех пациентов.

— По порядку давай об всём, — рассудительно сказал Магистр Зел. — Неприязнь личную не испытываю ни к тебе я, ни к другому любому существу, не по-джедайски это. Задание это поручить тебе решили мы, поскольку способности незаурядные сокрытия в Силе присутствия своего есть у тебя. Понадобятся тебе они, чтобы ситха выследить, и самому незамеченным остаться. И уверен я, что ситх тот способности аналогичные применяет, скрываться чтоб от нас. А на мидихлорианы анализы брать нецелесообразно нам. Клиники руководство с ситхами в заговоре состоять может вполне, результаты подделать может оно, и ситха предупредить заодно, смывался чтоб скорей. Всё на этом. К отлёту готовься скорому, и жди напарницу свою — джедая, прилетит скоро она и заберёт тебя… Сила да пребудет с тобой!

— И с Вами, — озадаченно сказал Экспрус Торр и выключил голопередатчик.

Он попрощался с существом, которое Магистр Зел называл объектом его неофициального исследования, и начал ждать прибытия своей загадочной напарницы. В выдавшиеся свободное время он принялся размышлять над заданием:

«„Звёздное безумие“ — странное название, и, возможно, говорящее. Известно, что это огромная, бесплатная республиканская клиника, из этого можно сделать выводы, что за качеством лечения там не очень-то следят. Похоже, они этого даже не скрывают. Она ведь называется не „Звёздная клинка психического здоровья“ или что-то в этом духе, а именно „Звёздное безумие“ — дёшево и сердито. Никаких попыток даже создать иллюзию для родственников пациентов, что эти несчастные будут вылечены, а просто очевидный намёк: безумными поступили к нам на лечение, безумными и останутся после него…»

Через пару часов в его комнату вошла женщина-человек неопределённого возраста. Чтоб уж точно не ошибиться, можно было сказать, что ей было где-то от тридцати до шестидесяти лет. На лице её было столько макияжа, что это заметил даже Экспрус, не очень хорошо разбиравшийся в таких вопросах. Кого-то она ему напоминала, но он не мог вспомнить, кого.

— Привет! — Сказала женщина.

— Здравствуйте! Кто Вы?

— Ну вот, дожили! Ты мать родную не узнаёшь! — Воскликнула женщина с притворным ужасом.

— А, ясно… Вы будете изображать мою мать?

— Именно! Я — мастер-джедай Уминала Пюльмюни, меня для этих целей загримировали под человека.

Точно! Это была Уминала Пюльмюни. Уминала была мириаланкой — гуманоидом со светло-зелёной кожей, традиционными татуировками на лице и нечеловечески-ярким цветом глаз. Очевидно, в этот раз гримёру пришлось поколдовать над ней с помощью грима и контактных линз.

Будучи хорошо с ней знакомым, Экспрус считал Уминалу недалёкой, стервозной и эгоистичной, хотя в то же время с уважением относился к её искусству владения световым мечом и навыкам использования Силы. Он слегка сожалел, что на ближайшее время ему досталась такая «мама», и был уверен, что его настоящие родители были гораздо лучше. Хотя, как и большинство джедаев, он не помнил своих настоящих родителей.

— Мастер Уминала, а какую болезнь мне предстоит имитировать? — Спросил он.

— Никаких «мастеров уминал»! — Строго сказала женщина. — С этого момента и до выполнения задания ты должен называть меня «мама». А тебя, кстати, зовут Иникото Нитко. А насчёт болезни… Мы с советом джедаев подумали, и решили остановиться на самом простом — бред, основанный на мании величия. Ты, обычный фермерский сын, вдруг решил, что ты — джедай. Как тебе?

— Мне уже приходилось изображать обычного человека, который изображает джедая, — вздохнув, ответил Экспрус. — Можно выбрать что-то другое?

— Ну хорошо. Сам-то ты что предлагаешь?

— Ваши… то есть твои слова о том, что я «мать родную не узнаю» натолкнули меня на мысль: может быть, изображать амнезию? Вряд ли это будет очень трудно, да и лекарства от неё, наверно, не самые «зубастые» — если и сойду от них с ума, то не очень быстро.

— Что ж, звучит разумно… Но время не ждёт. Пошли со мной на корабль, подробности изучим и обсудим по дороге…

Они сели на корабль, отправились в путь и, выйдя на гиперскорость, надолго засели за свои датапады. Просматривая в голонете материалы на тему амнезии, они пришли к выводу о том, что Экспрус сделал правильный выбор. Но был один нюанс: молодые существа довольно легко поддавались лечению, особенно в случае правильного подбора лекарств. Следовательно, Экспрус должен был постепенно имитировать выздоровление: день ото дня «вспоминать» всё больше деталей своей вымышленной биографии. Но в то же время, было важно не переусердствовать: окончательное «выздоровление» не должно было наступить до тех пор, пока коварный ситх не будет пойман.

Они приземлились на планете Гламрум, на одной из лун которой располагалось та самая клиника, а также дом отдыха, несколько экологически безопасных предприятий и жилых кварталов. В заранее условленном месте их ждал выездной врач «Звёздного безумия». По расовой принадлежности он был граном — трёхглазым существом с острыми ушами. Он был давно завербован Орденом джедаев и иногда им помогал в некоторых вопросах. Он посадил Экспруса и Уминалу на свой корабль и повёз на луну, в клинику.

— Ну, расскажи что-нибудь об этом вашем «Звёздном безумии», — предложил Экспрус.

— Да я и не знаю, что тут рассказать… Ну, есть земноводное отделение, есть брюхоногое, млекопитающее, роевое и много других…

— А почему такое чёткое разделение по биологическим классам?

— Пациенты разных классов не должны друг с другом общаться. Это может приводить к ужасающим последствиям. Помнится, несколько лет назад для улучшения эмоционального состояния пациентов была организована какая-то театральная самодеятельность. Все собрались на огромном стадионе рядом с больницей. Роевые выступили с интерактивным номером. Зрители, желавшие задавать вопросы, тянули верхние конечности, ведущий выбирал кого-нибудь из них, и это существо озвучивало свой вопрос. Роевые отвечали на вопросы всем роем — их было тогда где-то полторы тысячи. Весь рой поочерёдно складывался в буквы, и из них получались одно, два или максимум три слова в ответ на вопрос. Часть слов была нецензурными, но все остались довольны, мероприятие прошло весело и задорно. А после него начался настоящий кошмар: млекопитающие возомнили себя роевыми и начали в своём отделении роиться! На устранение этих симптомов ушло столько рабочих часов и лекарств, что начальство вначале хотело уволить сотрудников, организовавших ту злополучную самодеятельность. Но, к счастью, всё обошлось.

— Да и вообще, наверно, сложно вам с роевыми: то густо, то пусто, — догадалась Уминала.

— Ой, и не говорите! Они либо полностью здоровы, либо заболевают всем роем. Обычно отделение пустует, и наше начальство сдаёт там места существам, не являющимся пациентами нашей клиники. За койко-место в сутки берут два кредита.

— А что так дёшево? — Удивился Экспрус.

— Да потому что они рискуют в любой момент вылететь оттуда пинками под мягкое место. Ведь неизвестно, когда очередной рой заболеет, и его придётся госпитализировать…

Когда больница была уже близко, и можно было разглядеть серые здания её огромных корпусов, гран связался по голосовой связи с диспетчером:

— Приём! Говорит «Грозный мститель». Везу одного пациента — млекопитающее, мужская особь; и одного сопровождающего. Предварительный диагноз — амнезия.

— Посадку разрешить. Полоса двадцать первая. Конец связи.

Экспрус Торр усмехнулся:

— «Грозный мститель»? Отличное название для корабля, на котором доставляют психов.

— А то! Сам придумал.

Прямо с посадочной полосы они направились в приёмную. Посетителей встречало несколько дроидов-секретарей. Уминала избрала своей жертвой одного из них и начала яркое и эмоциональное выступление. В приёмной были только дроиды, которым, конечно же, было безразлично поведение сопровождающих. Тем не менее, не следовало исключать, что где-то имелись скрытые камеры, и с их помощью за процессом следили живые существа… Уминала торопливо говорила:

— Мой единственный сыночек такие большие надежды подавал! Он в этом году должен был уже окончить экономический институт, и блестящую карьеру начать делать. Но неделю назад у него ни с того ни с сего такой провал в памяти случился, что он не только все экономические премудрости забыл, но и мать родную не узнаёт! — Она всхлипнула несколько раз и продолжала. — И отца тоже не узнаёт! Отец из-за этого тоже сам не свой!

— «Сам не свой», говорите? — Спросил дроид-секретарь. — Это не проблема. Назовите ваш адрес, мы в ближайшее время пришлём санитаров, чтобы его забрать.

— Ой, нет, вы меня не так поняли! Не надо у меня ещё и мужа забирать! Как же я совсем одна-то буду?!… А сыночка моего свёл с ума один бородатый и пузатый профессор, он грозился, что зачёт ему не поставит. Вот у мальчика крыша и поехала! А я доберусь до этого негодяя, и ноги ему повыдергаю, своими руками! — Не унималась «мама», истерично махая руками перед лицевой панелью дроида-секретаря.

— Приготовьте две койки, — отдал распоряжение дроид, обращаясь к дроидам-санитарам. Одну в мужском млекопитающем отделении, другую — в женском. Особь женского пола с подозрением на неконтролируемую жестокость.

— Нет-нет! — запротестовала «мама», — Вы опять перестарались! Я не собираюсь ему на самом деле конечности отрывать. У меня и сил-то на это не хватит, я же хрупкая женщина.

— Отмена койки в женском, готовьте только в мужском.

Экспрус подумал, что карьера актрисы у Уминалы могла бы получиться, пожалуй, даже лучше, чем карьера джедая. А дроид, составлявший файл «Иникото Нитко» на датападе, выбрал в графе «причина заболевания» из множества опций «стресс на работе/учёбе», и поторопился попрощаться с взволнованной дамой:

— Благодарю за информацию. На этом всё, Вы можете идти, о Вашем сыне позаботятся. Скорее всего, его будет лечить специалист, занимающийся амнезией — амнезист. Он будет завтра. Можете приходить завтра и поговорить о Вашем сыне. Удачного дня и отличного настроения!

Уминала взволнованно поцеловала Экспруса в обе щеки и удалилась.

К нему подошёл другой дроид и велел следовать за собой. В так называемом «кабинете предварительной обработки» ему выдали костюм цвета летней листвы. Видимо, это было нужно для того, чтобы пациенты успокаивали друг друга собственным внешним видом — известно же, что зелёный умиротворяет. На костюм прикрепили нашивку «Иникото Нитко», а также нашивку с номером койки и энергетические беруши, нужные для того, чтобы в постоянном гуле голосов других пациентов была возможность спокойно поспать или просто побыть в тишине. Также он прошёл обязательную процедуру вживления чипа в запястье. Больные могли беспрепятственно ходить по отделению, поэтому многие, особенно субъекты с амнезией, рисковали потеряться и в положенное время не явиться на обед или на процедуры.

Далее дроид повёл его в лечебный корпус. Это было огромное помещение в несколько этажей, оборудованных бесконечными и многоярусными рядами коек. Все койки, начиная с третьего яруса, были оборудованы специальными системами безопасности. Таким образом, суицид путём падения с этих коек становился непосильной задачей даже для выдающегося интеллектуала. Стены, пол и потолок были покрашены в разные оттенки голубого, наверно, опять же для цветового успокоения пациентов. Вокруг ходило, бегало и толпилось множество различных существ в таких же зелёных костюмах, как и у Экспруса.

Им преградил дорогу мужчина-человек лет сорока, почему-то облачённый в чёрный плащ. Он многозначительно произнёс:

— Я — могущественный ситх, Дарт Душегубус!

— Подождите, Дарт Душегубус, — спокойно ответил ему дроид. — Давайте я вначале новичку его койку покажу, а потом общайтесь, сколько хотите.

Человек в чёрном плаще неохотно отступил.

Когда они отошли на несколько шагов, Экспрус спросил у дроида:

— Он тоже пациент?

— Да.

— А почему не в зелёном, а в чёрном?

— Он выменял чёрный плащ на обещание не буянить.

— А вам-то это зачем? Кололи бы лекарствами, и всё.

— Всё не так просто, как могло бы показаться. Это обещание «не буянить» — только формальное объяснение. Дело в том, что в начале своего пребывания здесь данный пациент, возомнивший себя владыкой-ситхом, часто играл в пазаак с тогдашним старшим санитаром. Разумеется, в компании зелтронок из женского отделения. И вот, почти в самом начале этого периода он выиграл у нашего бывшего начальника право носить чёрный плащ. Что он ставил со своей стороны — неизвестно. А оформлено такое разрешение было, как уступка взамен на хорошее поведение. Когда эта их мирная привычка раскрылась, вместе с парой таких махинаций, старшего санитара понизили до уборщика и перевели в другое отделение. Но плащ пациенту оставили — ведь разрешение было составлено верно, и одобрено своевременно. К тому же, старый плащ стоит дешевле нескольких доз успокоительного. Экономия — это хорошо. Больше сэкономленных средств — больше премия.

— Тебе платят премию?!

— Мне — нет, а моему начальству — да.

Экспрус, конечно, знал принцип «Хочешь что-нибудь спрятать — прячь на видном месте». Но поведение человека в чёрном плаще могло быть не применением данного принципа, а лишь доведением его до абсурда. Ситх не стал бы глумиться над правилами конспирации и по-настоящему попытался бы замаскироваться. Он точно не стал бы столь нарочито выпячивать свою ситхскую сущность, а наоборот, вёл бы себя тихо и незаметно.

Таким образом, не прошло и минуты его пребывания среди других пациентов, а одним подозреваемым уже меньше. Прогресс!

Вечером и ночью никаких других подвижек в ходе расследования не было.

Ithorian.jpg

существо иторианской расы

На следующее утро за завтраком Экспрус стал свидетелем неприглядной сцены: гаморреанец нагло отнял поднос у иторианца и сбежал. Иторианец не стал предпринимать ничего, а только опустил свою огромную и длинную голову, по-видимому, смиряясь с жестокой судьбой. Экспрус поспешил вмешаться. Он мгновенно пробежал несколько шагов, резко преградил хулигану дорогу и скорчил какую-то невообразимую рожу — одновременно и смешную и жутковатую. От неожиданности гаморреанец вздрогнул и выронил поднос. Поднос оказался в свободном полёте, но Экспрус успел подхватить его за долю секунды, столь же стремительно убежать и вернуть предыдущему владельцу.

Иторианец принялся благодарить своего спасителя:

— Огромное спасибо тебе!

— За что?

— Как за что?! У меня отняли завтрак, а ты вернул мне его.

— Не помню такого.

— У тебя что, амнезия?

— Не помню.

Это существо гораздо больше подходило под образ затаившегося ситха, сложившийся в голове у Экспруса: очень робкое, беспомощное и деликатное. Тем не менее, он знал, что иторианцам в целом свойственно такое поведение, и ситх-иторианец — это какая-то невидаль. Но чего только в природе не бывает?… Может быть, есть смысл за ним следить? Или, может, не надо? Ведь робких и безобидных существ очень много, и не стоит в них во всех подозревать скрытых ситхов, не имея для этого других доказательств.

После завтрака Экспрус отправился погулять по территории, и на третьем этаже обнаружил того самого человека в чёрном плаще, сидевшего посреди зала в медитационной позе и с закрытыми глазами. Его никто не пытался отвлекать, и все обходили его на почтительном расстоянии. Видимо, он смог за время своего пребывания здесь каким-то образом внушить окружающим ужас и почтение. Ну они же, в конце-концов, психи. Им можно ошибаться.

Обойдя «медитирующего» «ситха», Экспрус пошёл дальше и услышал обрывок разговора:

— … Но у тёмной стороны тоже есть свои преимущества…

Неужели он напал на след?! Он прислушался. Монолог продолжался:

— … конечно, с тёмной стороны открыть сложнее, и больше шансов, что при неосторожных действиях тебя испепелит мощный разряд. Но если ты всё сделал правильно, то буквально сразу ты увидишь ценные бескаровые платы. Их просто нужно аккуратно отсоединить от проводков, и…

Тьфу! Оказалось, что это был не ситх, а мусорщик, который, видимо, повстречал в клинике другого мусорщика и делился с ним секретами мастерства — как правильно разбирать стандартный резервный генератор А7, у которого отрицательный полюс покрашен в чёрный цвет, а положительный — в белый.

На следующий день его пригласили на первую беседу с врачом. Врач-человек показал ему голограмму, на которой молодая и очень весёлая Уминала Пюльмюни, держа за руки смеющегося маленького мальчика, крутилась вокруг своей оси и была таким образом чем-то вроде карусели для него. В мальчике Экспрус узнал себя в детстве. Очевидно, что Уминала побывала у врача несколько часов назад, и он сказал ей переслать ему какие-нибудь голограммы, которое помогли бы восстановить её «сыну» утраченные воспоминания. Она, скорее всего, обратилась в Храм джедаев, там быстренько перерыли архивы и на скору руку обработали одну из найденных записей в программе «Голошоп». Было видно, например, что вместо джедайской одежды на Уминале красуется халатик, а на маленьком Экспусе — шорты и футблока. Татуировки Уминалы тоже были «заголошоплены», а её зеленоватый цвет кожи не бросался в глаза, поскольку это была обычная, монохромная запись.

Экспрус отказался вспоминать что-либо, связанное с этой голограммой, поучаствовал в очередном абсурдном диалоге, сымитировав амнезию очень высокой степени, и на этом первый сеанс психотерапии был окончен.

После разговора с врачом к нему пристал человек в чёрном плаще:

— Я, могущественный ситх, Дарт Душегубус, предлагаю тебе пойти ко мне в ученики…

— Нет, спасибо, — ответил Экспрус.

— Ты не представляешь, какой потрясающий шанс ты упускаешь! Я мог бы тебе дать могущество, которое тебе и во сне не снилось.

— Какой шанс?

— Потрясающий!

— Это-то я уловил. А какой именно шанс, что за шанс?

— Шанс пойти ко мне в ученики!

— А зачем?

— Чтобы даровать тебе могущество Тёмной стороны, которое тебе и во сне не снилось!

— Нет, спасибо.

Вечером перед сном Экспрусу пришли необычные воспоминания, представшие в его сознании столь же ярко, будто эти события произошли только пять минут назад.

Он увидел двух человек — мужчину и женщину. От обычных людей их отличали невероятно крупные размеры. «Может быть, это мои воспоминания из раннего детства, поэтому я воспринимаю этих людей такими огромными по сравнению со своими тогдашними размерами?» — Предположил Экспрус.

На вид им было лет тридцать пять. Хотя, может быть, на самом деле они были на пять-десять лет моложе, и лишь их образ жизни заставлял их казаться старше. А образ жизни был чётко виден по бутылке, из которой они то и дело отхлёбывали, периодически передавая друг другу. Лица их были опухшими, а выражение глаз — туповатым и замутнённым.

Мужчина сказал женщине:

Иди что ли, покорми личинку.

А зачем? Я вон поставила на стол банку с кормом, открыла её, ложку рядом положила. Пускай пожрёт с помощью Силы, когда проголодается.

И тут Экспрус заметил, что лежит в детской кроватке, которая стоит на значительном расстоянии от стола, а на столе стоит банка с какой-то едой…

Вот, оказывается, какими были его настоящие родители! Ну, теперь он хотя бы избавлен от иллюзий, что они были лучше, чем Уминала Пюльмюни. Уминала хотя бы не пьёт… Эти горькие воспоминания, видимо, начали ему приходить под действием лекарств, которые он принимал с того самого вечера, как поступил в «Звёздное безумие».

Следующий день прошёл без каких-либо подвижек в расследовании. А вот ещё через день Экспрусу крупно повезло. Он задержался в столовой после завтрака, и решил, ради ознакомления с местностью, заглянуть в необычное место — подсобное помещение кухни. Обычно пациентам там было нечего делать, и никто из них туда не ходил. Но ведь расследователю нужно знать всё… И Экспрус, миновав стойку выдачи каши, за которой уже никого не было, тихонько отворил дверь внутрь. А там…

Там он тут же увидел нечто, что сделало его на пару мгновений абсолютно счастливым! Расследование было закончено!

Подсобка представляла собой крупный склад, что не удивительно, учитывая количество существ, питавшихся в этой столовой. Повсюду стояли друг на друге ящики и контейнеры. Пахло едой. На свободном пространстве, спиной к двери, из-за которой крался Экспрус, стоял человек в обычной для пациента зелёной форме. Когда джедай проник в помещение, тот медленно поднимал руки вверх. И прямо перед ним поднимался в воздух огромный контейнер с продуктами! Следующим движением он отвёл руки налево, и контейнер переместился в том же направлении! Явно, что человек этот был весьма искушён в познании Силы.

«Ага, попался»! — подумал Экспус, подкрадываясь ближе. Он не стал прощупывать подозреваемого Силой, чтобы тот не почувствовал его раньше времени. Надо было внезапно поймать его, не дать опомниться. Конечно, джедай сейчас был безоружен, но ведь и этот адепт Тёмной стороны тоже наверняка не имел при себе своего красного меча. А на стороне Экспруса оставалась внезапность. Он сделал шаг вперёд и решительно сказал:

— Сдавайся, ситх!

Его голос разнёсся эхом по складу. Человек вздрогнул и резко обернулся. Затем презрительно посмотрел на Экспруса, сплюнул на грязный пол и громко крикнул: «Эй, останови пока погрузчик!» Экспрус пригляделся и увидел, что контейнер висел не в воздухе, а на тонких вилах мощного нового погрузчика, корпус которого сначала не был виден за контейнером, а теперь, при смене угла зрения, стал заметен. Сверху, над контейнером, висела маленькая голокамера, через которую водитель погрузчика наблюдал за жестами человека и, в соответствии с ними, передвигал груз. Бывший подозреваемый обратился к Экспрусу:

— Молодой человек, мы здесь занимаемся общественно-полезными работами не просто так. Эту привилегию надо заслужить. Я, например, целых полгода исправно принимал лекарства и рассудительно беседовал с врачом, а мой напарник, управляющий погрузчиком — почти целый год. Тебе до нашего уровня ещё расти и расти! Не смей сюда приходить, пока не добьёшься того же, что и мы.

* * *

На следующей встрече с врачом, состоявшейся через пару дней, Эксрпусу пришлось созерцать ту же самую голограмму с молодой Уминалой Пюльмюни в халатике. И вдруг, нежданно-негаданно перед ним предстали яркие воспоминания о том самом моменте в Храме джедаев, который был показан на этой голограмме!

Оказывается, дело происходило в большом тренировочном зале, где с юнлингами в положенные часы играли и тренировались взрослые — падаваны и даже джедаи.

Уминала прокрутилась ещё несколько раз вокруг своей оси и поставила его на землю, стоявший в дверях Магистр Зел повернулся спиной и удалился, и к Уминале подошла другая девушка-джедай — тогрута Жуук Ди. Жуук сказала:

Слушай, да ну их всех, Магистр Зел уже не смотрит. У меня тут с собой интересный каталог есть…

А что, отличная идея! — Ответила Уминала Пюльмюни и затем крикнула на весь зал. — Юнлинги! Играем в салочки! Экспрус водит!

Детишки забегали, а он, Экспрус, за пару секунд поймал кого-то, переложив таким образом задачу по ловле других юнлингов на него. Экспрус прислушался к разговору девушек. Они стояли и рассматривали цветной голокаталог с одеждой. Жуук Ди говорила:

Вот смотри, топики! Какой хочешь: с бантиком слева, с бантиком справа, или вообще без него?

Вообще без него. Хочу топик с каким-нибудь интересным рисунком.

Вот пожалуйста! Тут у тебя на груди будет изображение хатта и его прекрасной рабыни.

А не слишком ли прекрасна эта рабыня? Не затмит ли она меня своей красотой? — Рассудительно спросила Уминала.

Угу, ещё скажи, что хатт тебя затмит! Зачем комлексовать-то?… Ой, вот смотри, отличный вариант: хатт, рабыня, и бантик! Бантик на хатте!

— Ты что-то вспомнил? — Спросил доктор.

Действительно, доктор сделал совершенно правильный вывод по выражению лица Экспруса — парень действительно что-то вспомнил. Но пациент, разумеется, не стал открывать доктору всю правду:

— Ну, может, там на голограмме я и мамка моя? Или, может, тётка?

— Отлично, Иникото! Лечение показывает оптимистичные результаты: не прошло и недели, а ты уже вспоминаешь свою мать. Принимай и дальше все лекарства, пытайся копаться на задворках своей памяти, и очень скоро ты сможешь извлечь оттуда ещё более полную картину своей жизни. В общем, будь умницей, и всё будет хорошо.

Следующие несколько дней прошли так же бездарно.

Его голову навещали всё новые и новые воспоминания из далёкого прошлого. Они были столь же болезненны, как и родители-алкоголики, величавшие его «личинкой»; или столь же несущественны, как девушки-джедаи, выбиравшие себе гражданскую одежду по цветному голокаталогу.

Расследование никак не продвигалось. Иногда возникали ситуации, в которых он начинал кого-то подозревать, но стоило хоть чуть-чуть вдуматься, как все теории рушились. Обнаруженные за всё это время «ситхи» были ничуть не лучше того высокомерного махателя руками перед погрузчиком, или мусорщиков, обсуждавших тёмную сторону генератора А7. Что же делать? Сдаваться и рапортовать о неудаче? Нет, слишком рано. Подозревать всех и каждого? Да сколько угодно! Только улик всё равно нет. Может, вот тот парень, что спрятался под своей койкой и шипит оттуда на мирно жующего бутерброд иторианца, на самом деле — ситх, изображающий помешанного? Или это иторианец загнал его под кровать энергией Тёмной стороны, а теперь, пожёвывая, наблюдает за ходом своего отвратительного эксперимента? А вон тот, восседающий на подоконнике, вперивший взгляд в одну точку на улице? Не слишком ли это похоже на медитацию? Это всё начинает походить на самую настоящую паранойю. Но ведь если находишься на лечении в психбольнице, вовсе не обязательно думать, как умалишённый.

И вполне возможно, что всё это вообще было зря: тот ситх может быть не млекопитающим и находиться в каком-то другом отделении, или, может быть, он уже давно благополучно выписался…

За всё это время его пару раз навестила «мама». Встречи пациентов с посетителями происходили в специальных «кабинках для общения», которые, как однажды сказал «маме» агент-гран, были абсолютно безопасны для разговоров. Он точно знал, что там установлены камеры слежения, но звук по ним не транслируется. Возможно, так было сделано из соображений этики — частная беседа так и должна оставаться частной беседой. А ещё более вероятно, что решающим фактором стала экономия: если во все кабинки устанавливать подслушивание звука, где же найти столько специалистов, которые будут всё это слушать?

«Мама» приносила ему йогурты, в которые предварительно подмешивала специальное противоядие от его лекарств: оно не могло полностью нивелировать их действие, но хотя бы снижало накопительный эффект. Результатами своего исследования он с «мамой» поделиться не мог, поскольку их и вовсе не было. Зато она выдавала ему очень много информации. Она по кусочкам рассказывала ему выдуманную историю его жизни, которую поведала его лечащему врачу на их первой встрече. В его вымышленной биографии фигурировало множество друзей с такими дополнениями, как «дружба с пелёнок», «предательство» и «вражда из-за женщины»; девушек, любимых как взаимно, так и безответно, а также в некоторых случаях образовывавших любовные треугольники; и домашних питомцев, среди которых попадались такие виды, которые Экспрус ни разу в жизни не видел даже на голограммах. Задача по запоминанию этого материала осложнялась ещё и тем, что у многих из них были длиннющие, трудновыговариваемые имена.

Когда Экспрус возвращался после разговора с «мамой» к своей койке, на его пути в очередной раз встал «ситх» в чёрном плаще. Он сказал:

— Здравствуй, Иникото Нитко! Я, могущественный ситх Дарт Душегубус, уже в шестнадцатый раз предлагаю тебе стать моим учеником и познать всю мощь Тёмной стороны.

Экспрус про себя отметил, что это действительно был уже шестнадцатый раз. А, может быть, и правда пойти в «ученики» к «ситху»? Разумеется, никакой прогресс в его исследования этот отчаянный шаг не привнесёт, зато, возможно, хоть немного развлечёт его — измученного и скучающего.

— Врёшь ты всё! В первый, ну, максимум, во второй раз!

— Так да или нет?! Да или нет?!

— Да!

— О, тёмные мидихлорианы, какая удача сегодня снизошла на меня!… Следует немедленно провести тайный обряд посвящения! Санитары, отвернитесь!

Экспрус и не заметил, что где-то рядом в углу скучала пара санитаров-людей. Кто-то из них ответил:

— Да не переживайте Вы, Дарт Душегубус, тут все свои…

— Это тайный обряд! Не понимаете, что ли? Отворачивайтесь, а то буянить буду!

— Так наша клиника же уже выделила Вам чёрный плащ в обмен на обещание не буянить. Всё, слово дано, и нет пути назад.

Похоже, что слова находчивого санитара убедили «тёмного лорда ситхов», и он не нашёлся, что возразить. Он лишь смирился с безысходностью, не забыв, однако, при этом обиженно выпятить нижнюю губу.

— На колени, мой юный ученик! — Собравшись, наконец, с мыслями, велел «ситх».

Экспрус покорно плюхнулся на колени.

«Учитель» одним движением снял с себя чёрный плащ и с головой накрыл им коленопреклонённого Экспруса. Похоже, что его представления о тайных обрядах посвящения на Тёмную сторону во многом были похожи на «ритуалы» по успокоению попугайчиков, практикующиеся на некоторых планетах: накинул тряпочку на клетку, и попугайчик уснул, погрузившись во тьму.

Примерно через полминуты «учитель» снял плащ со своего «ученика» и велел ему:

— Встань, мой юный ученик! Отныне ты становишься тайным адептом Тёмной стороны. А занятия начинаем завтра, потому что сейчас настало моё время для медитаций.

Не желая выслушивать бессмысленные вопросы, которые вполне могли последовать от «беспамятного» парня, «учитель» опустился на пол в медитационной позе и закрыл глаза.

Не успел Экспрус проснуться на следующий день, а «ситх» был уже тут как тут. Он потряс его за плечо и сказал:

— Настало время для постижения тайных знаний Тёмной стороны, мой юный ученик!

— Чего?! Я что, уже успел записаться к тебе в ученики?

— Ещё бы! Мы вчера даже тайный обряд посвящения проводили.

— Не помню…

— Разумеется, не помнишь. У тебя же амнезия. И что же теперь, каждые пять минут этот обряд проводить, чтобы ты хоть что-нибудь запомнил?! Провели один раз — и хватит. А сейчас — пошли, нас ждут великие дела!

«Учитель» схватил Экспруса за руку и потащил к дата-терминалам. Это было скопление небольших стоек, регулируемых по высоте, с вмонтированными в них датападами. Выдавать каждому пациенту отдельный датапад было бы слишком дорого и бессмысленно. А эта хитрая система позволяла иметь индивидуальные учётные записи, которые идентифицировались с помощью прислонения верхней конечности к специальному сенсору. В своей учётке каждый пациент мог хранить свои файлы и заходить в голонет. В просмотре голонета у пациентов, как правило, не было никаких ограничений, однако, выкладывание туда собственных файлов и комментирование чужих материалов не допускалось. Голонет и так был переполнен идиотскими комментариями, а если ещё и дать возможность комментирования существам, официально признанным невменяемыми, ситуация могла бы усугубиться и достичь критической точки.

«Ситх» поднёс ладонь к сенсору, идентификация сработала и открылась его учётка — «Дарт Душегубус, Тёмный Владыка Ситх». Он нажал на заголовок «Тайные планы теракта в Храме джедаев», и перед ними предстало несколько детальных трёхмерных рисунков с планами какого-то помещения. Экспрус пытался найти что-либо общее с реальным Храмом джедаев, но тщетно: там, где должен быть зал совещаний, находилось непропорционально огромное помещение, отведённое под туалеты; там, где должна быть кухня, красовалась библиотека, а остальное было вообще неведомо где.

— Вот мои планы! — Гордо сказал «учитель». — Сам рисовал!

— М-м-м… Красиво… А зачем они тебе?

— Как зачем?! Чтобы взорвать Храм джедаев!

— Ну вот, допустим, взорвёшь ты храм, а где ж потом свечки ставить?

— Что?!

— Ну, где же свечки зажигать?! У кого амнезия-то: у тебя или у меня?!

— А, кажется, я понимаю, о чём ты — о древних религиозных муунских традициях… Да уж, сильно у тебя всё в голове перемешалось… Но не беда. Мы используем всю мощь Тёмной стороны, чтобы восстановить твой разум. А Храм джедаев — это не место проведения ритуальных услуг, это место сбора гнусных, лицемерных тварей — джедаев. Они представляют собой вселенское зло, которое надо уничтожить!

— Ясно,… — Незаинтересованно ответил Экспрус. — И что ж ты собираешься делать с джедаями?

— Я же говорил: их храм взорвать! Вот видишь, тут чертежи: план всех помещений храма, а этими красными стрелочками нарисовано, как идти, и откуда.

— А когда взорвёшь ты этот храм, где же свечки ставить будут?

«Учитель» пригорюнился:

— Вижу, устал ты сегодня, мой юный ученик. На этом урок окончен. Продолжим обучение завтра, со свежими силами…

* * *

В этот же вечер состоялась очередная встреча с «мамой».

— Привет!

— Привет, мам! Скажи сразу, сколько мне ещё здесь торчать?

— Совет джедаев говорит, что ещё дней десять, как минимум. Если не обнаружишь ситха раньше…

— Ясно… А как у тебя дела?

— У меня?!

— Ну да. А то что мы всё обо мне, да обо мне…

— Дела — отлично! Я обосновалась на Гламруме. Ты же знаешь, Гламрум — это родина чудодейственного орифла — вещества, которое помогает женщинам выглядеть моложе. И вот, я в ходе своих экспериментов пришла к выводу, что свежее орифло, продающееся непосредственно на Гламруме, гораздо эффективней консервированного, которое можно купить у нас на Корусанте. Жаль, ты не видишь, как я сейчас на самом деле выгляжу… Проклятый грим… Выгляжу я лет на двадцать пять, не старше… А ещё там, на Гламруме, много карнавалов, вечеринок, дискотек, конкурсов — жизнь так и кипит! Я уже столько конкурсов выиграла, тайно используя Силу… — Уминала Пюльмюни поднесла ладонь ко рту и хихикнула.

Экспрус, кажется, начал понимать, что к чему. С нескрываемым раздражением в голосе, он произнёс:

— И ты сама убеждаешь Совет джедаев, что моё дело — перспективное, что я вот-вот его раскрою, и что мне надо дать ещё немного времени? И это всё для того, чтобы подольше помазать рожу орифлом и повыигрывать в этих ваших конкурсах? А я тут существую среди психов, день ото дня понимаю, насколько безнадёжно и беспросветно моё расследование! Под действием лекарств на меня давит куча совершенно бессмысленных или болезненных воспоминаний. И я уже начинаю теряться, где грань между притворством и настоящим безумием…

Уминала ни на шутку испугалась и не знала, что ответить. Неизвестно, действительно продление срока пребывания Экспруса в лечебнице было делом её рук. Но по крайней мере создавалось полное впечатление, что так и есть. Она внезапно поняла, в какую сложную ситуацию попала, и не знала, что прямо сейчас сказать Экспрусу в своё оправдание.

Экспрус Торр в ярости выставил вперёд руку и обездвижил её с помощью Силы. Уминала Пюльмюни растерялась ещё больше: она никак не могла ожидать, что кто-то из её коллег будет применять против неё Силу, тем более — её напарник в этом задании, тем более — существо младше её, тем более — находящееся сейчас на лечении в психиатрической клинике. Поэтому она не смогла ему помешать — момент был упущен.

Новоявленный злодей начал сжимать пальцы, и потоки Силы проецировали это сжатие на горло Уминалы. В его глазах заблестели жёлтые огоньки — самый верный симптом пробуждения в живом существе тёмной энергии. Не думая в тот момент о последствиях, он был намерен задушить её. Но следует учесть, что Экспрус был новоявленным адептом Тёмной стороны, и что его опыт в таких делах ограничивался где-то тридцатью секундами — с того момента, как он обездвижил свою напарницу. Поэтому всё его внимание было полностью сосредоточено на задыхавшейся Уминале, и он не заметил, как сзади подкрались двое санитаров-людей и воткнули ему в лопатку шприц с сильным транквилизатором.

Пальцы мгновенно начали разжиматься, идущий от него поток Силы ослаб, Уминала смогла сделать вдох, а Экспрус без сознания повалился на пол.

Уминала еле собралась с силами, встала и вышла из кабинки для общения. Она направилась куда-то по коридору, смотря перед собой бессмысленным, пустым взглядом. Конечно, надо было что-то делать, но прежде всего требовалось отдышаться и отойти от шока.

В коридоре с помощью полуавтоматического моющего устройства мыл пол иторианец. Видимо, это поручение было ему дано в рамках общественно-полезных работ.

Когда Уминала с ним поравнялось, он робко спросил:

— Что с Вами, леди?

— Похоже, что… мой… сын внезапно начал использовать Силу… он пытался задушить меня…

— А это он? — Спросил иторианец, показывая на носилки с Экспрусом, выезжавшие из кабинки для общения на «плечах» дроидов-санитаров.

— Угу…

— Ваш сын не виноват, он хороший. Однажды какой-то грубиян отобрал у меня поднос с едой, а он восстановил справедливость и вернул поднос мне. Вашего сына склонил на Тёмную сторону ситх, который тоже тут у нас лечится.

— Какой ситх?! Как он выглядит?

— Найти его очень легко. В отличие от других пациентов, он ходит в чёрном плаще.

Уминала всё поняла! Она не стала тратить время на то, чтобы поблагодарить иторианца, а также выслушать его напутствия о том, что тёмные владыки ситх могут быть чрезвычайно опасными для безоружных леди. Мастер-джедай Уминала Пюльмюни устремилась вперёд по коридору — в лечебный корпус, чтобы найти и арестовать ситха в чёрном плаще.

Она с огромной скоростью пробежала первые два этажа, отчаянно ища глазами чёрный плащ. Наконец, на третьем этаже ей улыбнулась удача: Дарт Душегубус был занят своей очередной медитацией, с размахом расположившись посреди зала в позе лотоса. Видимо, он почувствовал близкое присутствие джедая, не очень хорошо умевшего скрывать себя в Силе и открыл глаза. Уминала была уже в нескольких шагах от него. Она активировала световой меч и безапелляционно сказала:

— Вы арестованы. Ложитесь на пол лицом вниз, руки за голову.

Но не тут-то было! Дарт Душегубус не захотел сдаваться просто так. Он запустил в неё поток молний, и пространство вокруг них озарилось ярко-голубыми вспышками. Уминала выставила перед собой меч, и его синий клинок принял эти мощные разряды на себя. Она сделала шаг вперёд. Понимая, что одними только молниями тут не обойтись, ситх попытался её задушить с помощью Силы. Но Уминала была не столь проста, чтобы попасться в одну и ту же ловушку второй раз на дню. Она среагировала быстрее, и жестом свободной руки обрушила ближайшего, довольно-таки тяжёлого медицинского дроида на голову Дарта Душегубуса. Он упал и закрыл глаза. Она подошла к нему и протянула руки на некотором расстоянии от его лица. Судя по ощущавшимся потокам Силы, он был жив, но просто пока что находился в отключке. Этим-то она и воспользовалась и надела на него силовые наручники, заранее заготовленные на крайний случай в маленькой дамской сумочке, перекинутой на длинной цепочке через плечо.

Она велела санитарам отнести поверженного ситха и не более активного на данный момент «сына» на свой корабль. Они не смели ей перечить, поскольку по законодательству Республики мало кто имел права ослушаться джедая.

Таким образом, дело было раскрыто, и ситх пойман. Надо признать, что это произошло лишь благодаря совершенно невероятной цепочке якобы случайных совпадений. Во-первых, джедай, отправленный на охоту за ситхом, выбрал в качестве своей болезни ничто иное, как амнезию. Во-вторых, ситх, чтобы казаться ещё более безумным и вызывать ещё меньше подозрений, выбрал себе в «ученики» именно этого джедая. Ведь кто может быть более абсурдным объектом для обучения, чем совершенно беспамятный человек? В-третьих, джедай, вынужденный прозябать в клинике и принимать лекарства, вышел из себя, перешёл на Тёмную сторону и попытался убить свою напарницу-«маму». В-четвёртых, иторианец видел процесс «обучения» этого парня ситхом, и, не задаваясь вопросом, настоящий ли это ситх, просто наябедничал на него пострадавшей «маме» парня. В-пятых, ситх применил Силу в попытках избежать ареста и таким образом окончательно раскрылся.

Эта цепочка событий была столь невероятной, что, скорее всего, тут не обошлось без вмешательства Силы. Очевидно, Сила была против создания генератора своей Тёмной стороны с помощью большого скопления безумцев, поэтому решила поспособствовать поимке ситха, который проводил такие исследования в стенах клиники.

Получилось так, что с формальной точки зрения дело раскрыл один из пациентов «Звёздного безумия» — тот самый иторианец. Уминала Пюльмюни рассказала о нём в Совете джедаев, и его решили щедро наградить. Для начала его перевели в элитную клинику на Корусанте, пациентами которых бывали даже сенаторы и члены их семей. Там выяснилось, что он, в принципе, здоров, и попал в «Звёздное безумие» лишь благодаря хитростям своего компаньона, который кого-то подкупил, запрятал того иторианца в клинику и единолично получил власть над затеянным ими бизнесом. В корусантской клинике над пострадавшим были начаты реабилитационные процедуры, а также начался судебный процесс по передаче всего дела в его руки.

* * *

В Храме джедаев раздался звонок откуда-то с Дальних Рубежей. Магистр Зел нажал на кнопку «принять». Перед ним предстала голограмма той самой девушки, которую Экспрус когда-то показывал ему в своём исследовании «Развитие самоконтроля с помощью Силы у малочувствительных к Силе существ».

— Здравствуйте, Магистр Зел! — Сказало малочувствительное к Силе существо. — Скажите пожалуйста, что случилось с Экспрусом Торром?

Магистр Зел, благоразумно понимая, что в данной ситуации не следует недооценивать важность исследователя для объекта исследования, а также важность объекта исследования для исследователя, без лишних вопросов ответил:

— В клинику психиатрическую отправили его мы, и на Сторону Тёмную перешёл он там. На лечении находится сейчас он в Джедаев Храме.

— Ужас какой-то! А скоро его вылечат?

— Психотерапией занимаюсь с ним я лично, да и Дунду Магистр иногда. А джедай-мастер Пюльмюни Уминала йогурты приносит ему и фрукты всякие. Динамику хорошую показывает пациент, и дней через одиннадцать ровно здоров будет. А еще дня через два ровно на базе вашей ждите его.

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на ФЭНДОМЕ

Случайная вики